«Усский стиль» в архитектуре малых городов западной Сибири середины XIX-начала хх веков

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Искусство. Искусствоведение
Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

20. Гуменюк, А. Н. Памятники архитектуры г. Тары XVIII-начала XX вв. Каталог / А. Н. Гуменюк, И. В. Ляликов // Омский научный вестник. — Омск: Изд-во ОмГТУ, 2014. — № 1 (125). — С. 252−259.
21. Богданова, О. В. К вопросу о кадровом составе западносибирских зодчих в период с 1840-х по 1850-е гг. / О. В. Богданова // Вестник Томского гос. ун-та. История. — 2013. — № 6 (26). — С. 187 — 192.
22. Половцов, А. А. Русский биографический словарь: Лаб-зина — Ляшенко В 25 т. Т. 10 / Изд. Императорским Русским Историческим Обществом — под ред. Н. Д. Чечулина и М. Г. Курдюмова. — СПб.: Тип. Гл. упр. уделов, 1914. — 846 с.
23. Корректировка проекта зон охраны объектов культурного наследия г. Мариинска. Историко-архивные исследования В 3 т. Т. II. — Томск: Сибирский институт «Спецпроект-реставрация», 2008. — 125 с.
24. Гуменюк, А. Н. К истории планировочного развития города Тюкалинска: «Геометрический план» 1832 и генеральный план 1858 гг. / А. Н. Гуменюк, И. В. Ляликов // Омский научный вестник. — 2013. — № 1 (115). — С. 185−189.
25. Матвеева, Л. Л. Исторический план города Колывани архитектора К. Турского / Л. Л. Матвеева, В. Л. Гусаченко // Сибирская Заимка [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //zaimka. ru/to_sun/matveeva2. shtml (дата обращения: 11. 03. 2014).
26. Богданова, О. В. Зодчие города Тобольска / О. В. Богданова // Строительные ведомости [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. sibsi. net/jur/stat/341/statPoln.
php? nomer = 2007−1 (дата обращения: 12. 03. 2014).
27. Плоскова, Л. А. От города живописного до города регулярного / Л. А. Плоскова // Явлутур-городок: историко-кра-еведческий альманах. — Ялуторовск: филиал «Ялуторовская типография» ОАО «Тюменский издательский дом», 2009. — № 4 — С. 57 — 64.
28. Гуменюк, А. Н. Стилистические признаки «сибирского барокко» в архитектуре г. Тары в конце XIX века. (К вопросу изучения памятников культуры малых исторических городов) / А. Н. Гуменюк // Декоративное искусство и предметно-пространственная среда. Вестник МГХПУ. — 2009. — № 4. — С. 91 — 96.
ГУМЕНЮК Алла Николаевна, кандидат искусствоведения, доцент (Россия), заслуженный работник культуры РФ, профессор кафедры «Дизайн и технологии медиаиндустрии» Омского государственного технического университета- профессор кафедры «Дизайн, рисунок и живопись» Омского государственного института сервиса- член Союза архитекторов России, Союза художников России, Российской ассоциации искусствоведов. ЛЯЛИКОВ Илья Витальевич, аспирант кафедры «Дизайн и технологии медиаиндустрии». Адрес для переписки: illuzion_@mail. ru
Статья поступила в редакцию 24. 03. 2014 г. © А. Н. Гуменюк, И. В. Ляликов
УДК 72 035 (571 1) А. Н. ГУМЕНЮК
И. В. ЛЯЛИКОВ
Омский государственный технический университет
«РУССКИЙ СТИЛЬ» В АРХИТЕКТУРЕ МАЛЫХ ГОРОДОВ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ СЕРЕДИНЫ Х1Х-НАЧАЛА ХХ ВЕКОВ
В статье очерчивается национальное направление архитектурной эклектики, заявившее о себе в малых городах Западной Сибири: Каинске (совр. Куйбышев), Мариинске и Тюкалинске. Дается стилистический анализ построек «русского стиля», указываются специфические черты. Отмечается, что «русский стиль», по отношению к архитектуре столиц, проявляется в провинции с определенным опозданием и в своих интерпретациях.
Ключевые слова: национальное направление эклектики, «русско-византийский стиль», «русский стиль», неорусский стиль, малый город.
Начиная со 2-й четверти XIX века вместе с упадком классицизма резко возрастает интерес к «историческим» стилям. В России на волне роста народного самосознания оформляется «национальное» направление эклектики, или «русский стиль». Первым этапом его развития (1830−1860-е) стал «русско-византийский стиль», представлявший, тем не менее, весьма своеобразный сплав мотивов отечественного зодчества XVI — XVII веков с элементами ордерной архитектуры [1]. Широкое распространение получили крестово-купольные храмы, увенчанные пятиглавием- барабаны «вырастали» из нескольких
рядов кокошников, фасады завершались закомарами. Позднее формируется «демократический» вариант «русского стиля» (1850 — 1870-е), во многом связанный с освоением мотивов допетровского зодчества — каменного и деревянного. В 1880—1890-е годы в отечественную архитектуру вновь возвращается официальный «русский стиль». Его главными особенностями являлись академизм, масштабная репрезентативность, строгая осевая симметрия, насыщенность декором. Характеризуемый как «смесь итальянских форм с русскими» [2, с. 40], стиль использовался не только при проектировании отдельных
Рис. 1. Троицкая церковь в Тюкалинске. 1847−1852. Фото нач. ХХ в.
Рис. 2. Кладбищенская церковь «Во Имя Всех Святых». 1862−1865. Фото нач. ХХ в.
зданий, но и целых ансамблей. Возникший в столицах в 1860-е годы и распространившийся на рубеже веков, неорусский стиль пришел в провинцию в начале ХХ века. Являясь национальной интерпретацией модерна, он основывался на переосмыслении образцов белокаменной псковско-новгородской архитектуры ХШ — Х1У столетий, позднее московско-ярославского зодчества XVI -XVII веков и представлял своеобразные их стилизации.
Как правило, в архитектуре провинции здания официального «русско-византийского стиля» строятся по типовым проектам, но с некоторым временным запаздыванием. Позднее, чем в столицах, только в конце Х1Х — начале ХХ веков, появляются образцы демократического варианта «русского стиля». В это же время для «утверждения силы и влияния центральной власти в отдаленных провинциях и колониях Российской империи» [2, с. 40] приме-
няют официальный «русско-византийский стиль» в его поздней модификации. Находит свое отражение лишь в отдельных элементах зданий и неорусский стиль, что связано с достаточно скромными проявлениями модерна в малых городах сибирской провинции. Некоторые элементы «национальной архитектуры» использовались в рациональной эклектике: «кирпичный стиль» вобрал в себя и соединил разнообразные детали исторических стилей различных эпох и, в частности, «русского стиля», не предлагая при этом какой-либо системы.
В малых городах Западной Сибири, являющихся объектами исследования: Каинске (ныне Куйбышев), Мариинске и Тюкалинске, поздний классицизм также сменяется «русским стилем» наряду с другими вариациями архитектурной эклектики. Несмотря на свою малочисленность в указанных городах, памятники «национального направления»
Рис. 3. Офицерское собрание в Тюкалинске. 1904 — 1906. Фото 2010
Рис. 4. Дом Шкроева в Куйбышеве. Кон. XIX в. Фото 2011
Рис. 5. Церковь Иоанна Предтечи в Каинске (совр. Куйбышев). 1906. Фото 1-й пол. ХХ в.
представляют интерес для стилистического анализа.
«Русско-византийский стиль». Каменная двух-престольная Троицкая церковь в Тюкалинске (1847−1852) выполняла соборную функцию [3, 4]. Согласно «геометрическому плану» 1858 года, постройка располагалась на берегу реки Тюкалки. Рядом сформировалась площадь-паперть, на которой находились протяженные торговые лавки, предназначенные документом к сносу [5, 6]. Храм был разрушен в 1946 году.
Несмотря на плохую читаемость фотоснимка начала ХХ века, можно усмотреть черты «русско-византийского стиля» как в объемно-пространствен-
ном решении церкви, так и в ее декоре (рис. 1). Храм «кораблём» состоял из четверика основного объёма, трапезной и притвора- колокольня представляла собой «восьмерик на четверике» с шатровым завершением. Главный объём венчало диагональное пятиглавие в виде центрального купола и декоративных куполочков на восьмигранных барабанах. Скромный по пластике декор барабанов был представлен колонками и кокошниками- главки имели луковичную форму. Пластика колокольни была более выразительной. Ярус звона украшали фигурные столбики и ряды кокошников, из которых «вырастал» шатёр со слуховыми окнами, высоким
Рис. 6. Церковь Иоанна Предтечи в Куйбышеве. 1906. Фото 2011
фонарём и луковичной главкой. Ввиду особенностей храма необходимо выделить использованную вариацию «русско-византийского стиля» — «второй тоновский стиль», для которого было характерно широкое применение шатров и кокошников [2, с. 17]. При общем сходстве постройки с храмами 1-й половины XVII века, стоит также отметить и некоторую «засушен-ность» декора, соответствовавшую академическому строю данной архитектуры.
Элементы ордерной системы из арсенала классицизма проступали в строгом декоре четвериков. Гладкую поверхность стен разбивал мерный ритм узких оконных проемов с полукруглым завершением, обрамлённых тягами- объёмы венчались многоступенчатыми карнизами малого выноса (основной четверик, предположительно, имел и надкарнизный ряд зубчиков). Главный вход был организован арочным порталом- боковые стены притвора выделены нишами, которые подобно окнам, завершались полукруглой аркой. Северный и южный входы венчали сандрики в виде классических треугольных фронтонов.
Деревянная кладбищенская церковь «Во Имя Всех Святых» в Мариинске (1862−1865), возведённая на средства иркутского мещанина В. Шпочина, была приписана к городскому Никольскому собору (рис. 2). По прошествии полувека сильно обветшала и в начале ХХ века подверглась перестройке. Храм закрыли в 1930-х годах. В здании располагались дом культуры, затем — спортшкола- на рубеже 1950-х- 1960-х годов оно сгорело.
Строительство велось, предположительно, по «образцовому» проекту. Главного управления путей сообщения и публичных зданий. Данное ведомство несколько раз в 1850—1860-х годах выпускало атласы фасадов и планов храмов, в том числе специально разработанные для Сибири [7]. По формообразованию и некоторым декоративным решениям постройка была близка к официальному «русско-византийскому стилю» К. А. Тона.
Церковь представляла собой здание смешанного типа: деревянное, на каменном фундаменте. Композицию «кораблём» составляли четверики основного объёма, трапезной (сведена к минимальным габаритам) и притвора. Колокольня «восьмерик на четверике» имела шатровое завершение с двухъярусным фонарём и гранёной грушевидной главкой. Собственно храм венчало диагональное пятиглавие в виде
восьмигранного купола и малых декоративных куполов. Центральный барабан был световым, боковые — ложными. Главы также имели грушевидные объёмы, расчленённые на грани. Помимо формообразования, «русский стиль» проявился в декоре. Стоит отметить слуховые окна в виде теремных оконцев, килевидные кокошники, рисунок кубовых капителей в пилястрах колокольни и т. д. Эклектический вид церкви придавало большое количество элементов из словаря классической архитектуры. В частности, щипцы треугольной формы вкупе с широкими, лишёнными орнамента, подкарнизными досками- окна прямоугольной формы, нередко оформленные сандриками с треугольными фронтонами. Элементы классицизма чередуются с допетровскими формами: кокошники с килевидным завершением соседствуют с треугольными и округлыми венцами. Известно, что храм перестраивался в начале ХХ века. Тем не менее «смешанный» облик можно объяснить скорее тем, что провинция долго хранила традиции классицизма, да и сам «русско-византийский стиль» не был чужд использования элементов ордерной архитектуры. Таким образом, к характерным чертам данной постройки стоит отнести органичное сочетание двух стилевых линий, а также провинциальное упрощение деталей.
Демократический вариант «русского стиля». Офицерское собрание в Тюкалинске (1904−1906) — одно из первых каменных зданий города (рис. 3). В 1919 году здесь размещался штаб 51-й дивизии под командованием В. К. Блюхера. Прямоугольный в плане объём в западной части усложён при-строем- южный фасад здания дополнен выносным «теремным крыльцом», внутреннее пространство которого перекрыто кирпичной кладкой. Мощные полуколонны с кубическими капителями несут на себе своды — пологий и двухарочные с гирьками.
Постройка приближается к образцам «русского стиля» в его демократическом варианте. Декор фасадов решён рядами нишек, филёнок и профилированных поясков. Наличники представляют собой имитацию колонок с кубышками и килевидных кокошников (с треугольной центральной частью и боковыми полуциркульными). Многоступенчатая основа кокошников напоминает о «сибирском барокко" — они, в свою очередь, соединены двумя рядами горизонтальных профилированных поясков- между которыми располагаются вертикальные нишки,
усиливающие визуальную дробность, свойственную древнерусским постройкам. По всей видимости, упрощённая кладка фигурных элементов была связана с отсутствием лекального кирпича. Этим же объясняются и простота полуколонн «теремного крыльца», увенчанного несложным для выполнения треугольным фронтоном, привносящим в постройку несколько чужеродный для стилевой вариации элемент. Однако суховато-сдержанную прорисовку деталей, их «опрощение» компенсируют гипертрофированные в размерах кокошники и полуколонны, что составляет «характерную черту провинциальной архитектуры» [8].
«Русский стиль» в сочетании демократического варианта и официально-академической версии конца XIXвека. Дом И. В. Шкроева (Н. В. Шкроева) в Каинске (конец Х1Х века) — купеческая постройка, сохранившаяся до наших дней (рис. 4). Здание состоит из трёх прямоугольных двухэтажных объёмов и представляет попытку архитектора воплотить демократического варианта «русского стиля». Общий фасад разделён лопатками на прясла, отличные друг от друга декором, формой наличников и окон: лучковых и полуциркульных. Для исследования интересен его средний сегмент, где прочитываются черты посадской архитектуры ХШ — Х'-УП веков. Центр композиции акцентирован шатровым объёмом с собственным перекрытием и фигурной островерхой крышей с гребнем, завершённой столбиками и ажурной металлической решёткой. На фасаде эта часть здания отмечена аттиком, который имеет венчание в виде профилированного карниза с декором «кирпич на ребро», а ниже имитацию национальной «вышивки-плетенки», также выполненной из кирпича. В подобном приеме видится перенос мотивов народного творчества и элементов деревянной архитектуры в каменную. Создаётся иллюзия «шатра», характерного для допетровских теремных хором. Лопатки, парапетные столбики и плоскости стен здания украшены филёнками, которые выполнены в подражание фасадным нишкам древнерусских построек. Однако в оформлении дома Шкро-ева читаются веяния еще одной линии «русского стиля», его официально-академической версии конца Х1Х века, проявившейся в «смеси итальянских форм с русскими». В пластике фасадов имеют место элементы ренессансной архитектуры — рустовка лопаток, межэтажные профилированные карнизы. Полуциркульные оконные проемы под общей арочной тягой могут быть попыткой выполнения ренессансного окна, и в то же время напоминают стилизацию древнерусского декора. Классическую составляющую демонстрируют подкарнизные ряды сухариков, полукруглые завершения оконных проёмов и замковые камни над ними [9−11]. Таким образом, к особенностям постройки стоит отнести отсутствие чистоты в использовании одного варианта «русского стиля». Более того, следует отметить явление наложения двух «стилевых волн», которые принадлежат разным временным периодам, что является характерным признаком провинциальной архитектуры.
В контексте развития национального направления в отечественной архитектуре стоит обратиться к активно развивавшемуся в конце Х1Х — начале ХХ веков неорусскому стилю, или «национальному модерну». Он представлял собой уже «не совокупность характерных русских мотивов», а «образное восприятие национального наследия и через него движение к обобщению формы и силуэта» [2, с. 44].
В данном случае интерес авторов направлен на стилизацию московско-ярославской школы зодчества с его двухцветными или полихромными колористическими решениями, открытой кирпичной кладкой, разнообразной орнаментикой, использованием декоративных панно. Следует отметить, что неорусский стиль, проникавший из столиц в провинцию, зачастую проявлялся в пластических решениях фасадов всего лишь отдельными элементами.
Демократический вариант «русского стиля» в сочетании с элементами «национального модерна». Церковь Иоанна Предтечи в Каинске (1906) была возведена на средства купчихи А. И. Шкроевой (рис. 5) и частично сохранилась до наших дней. Утраченные в советский период венчания и колокольня сравнительно недавно восстановлены в упрощённой форме (рис. 6). Здание составлено из четвериков притвора, трапезной и основного объёма. К последнему примыкает шестигранная апсида с выступающей центральной частью. Колокольня представляет «восьмерик на четверике» и имеет шатровое завершение. Главный объем венчает диагональное пятиглавие, купола луковичной формы разбиты на грани. Для церкви характерна центрально-симметричная композиция «кораблём" — храм — бесстолп-ный, перекрыт сомкнутым сводом- в тимпане главного входного портала размещен барельеф в виде квадрифолия, воспроизводящий мотив четырёх-листника [9, 12, 13].
По своему художественно-образному решению здание ближе всего к демократическому варианту «русского стиля». Его характеризуют открытая кирпичная кладка, ряды кокошников и килевидные аттики с киотами над основным объёмом- крестообразные филёнки западного, северного и южного фасадов- в оформлении наличников имитируются колонки кубышками. Безусловно, в декоре заметна упрощённая трактовка деталей, которую можно объяснить отсутствием лекального кирпича. К вариациям из арсенала неорусского стиля следует отнести гипертрофированные закомары по трём сторонам притвора, в том числе над входным порталом, и вторящие им килевидные арки основного объёма с «трельяжем» узких окон, характерным для модерна. Открытую кирпичную кладку можно отнести как к демократическому варианту «русского стиля», так и к переосмыслению неорусским стилем образцов московско-ярославской школы допетровского зодчества, где отсутствовала штукатурная обработка стен. Стоит отметить наличие элементов и деталей из классической архитектуры — полукружия входного портала, ряды сухариков подкарнизного пояса и аттиков, а также оконных проемов с небольшими замковыми камнями, создававших, однако, в общей композиции наличника впечатление килевидных завершений. Таким образом, в отношении стилистических особенностей храма следует отметить применение демократического варианта «русского стиля» с использование в элементах и декоре фасадов мотивы неорусского стиля, а также некоторое «опрощение» в пластике стеновой поверхности, свойственное провинциальной архитектуре.
Итак, «русский стиль» Х1Х — начала ХХ веков в различных интерпретациях воплотился в ряде зданий, возведенных в малых городах сибирской провинции. Можно конкретизировать два временных периода наибольшего интереса к данному направлению в исследуемых городах. Первый приходится на 1850−1860-е годы. Связанный с николаевской эпохой (и её отголосками), он был пропитан «официальной на-
родностью» и выразился в каменной архитектуре провинциальными «перепевами» «русско-византийского» стиля К. А. Тона. Второй пришелся на рубеж XIX и ХХ веков, когда в провинции еще господствовала архитектурная эклектика с ее смешением всех исторических стилей. Тем не менее всплеск национального самосознания и мода «на всё русское» не обошли малые уездные города, где «национальная архитектура» получила свои характерные особенности. А именно: запаздывание стилевых направлений по отношению к столицам и их вольное прочтение, сочетание в архитектуре нескольких вариантов «русского стиля», «опрощение» форм и деталей, а также гипертрофированность отдельных элементов на фасадах зданий. Тем не менее в малых городах, не богатых на уникальные памятники архитектуры, рассматриваемые здания производили достаточно яркое впечатление и придавали национальный колорит городской застройке.
Библиографический список
1. Кириченко, Е. И. Русская архитектура 1830-х-1910-х годов / Е. И. Кириченко. — М.: Искусство, 1982. — 399 с.
2. Гуменюк, А. Н. Эклектика в архитектуре Омска второй половины Х1Х — начала ХХ веков: моногр. / А. Н. Гуменюк. — Омск: ОмГТУ, 2011. — 147 с.
3. Алисов, Д. А. Культура городов Среднего Прииртышья в Х1Х-начале XX вв. / Д. А. Алисов. — Омск, 2001 — 200 с.
4. На ветрах истории. Городу Тюкалинску 250 лет. -Омск, 2009. — С. 256−257.
5. Лебедева, Н. И. Храмы и молитвенные дома Омского Прииртышья / Н. И. Лебедева. — Омск: Изд-во ОмГПУ — Издатель-Полиграфист, 2003. — С. 49−50.
6. Гуменюк, А. Н. К истории планировочного развития города Тюкалинска: «Геометрический план» 1832 и генеральный план 1858 гг. / А. Н. Гуменюк, И. В. Ляликов // Омский научный вестник. — 2013. — № 1 (115). — С. 185−189.
7. Архитектура городов Томской губернии и сибирское купечество (XVII — начало XX века): Томск, Бийск, Барнаул, Кузнецк, Колывань, Камень-на-Оби, Нарым, Мариинск, Ново-николаевск / под ред. В. П. Бойко. — Томск: Изд-во ТГАСУ, 2011. — С. 385.
8. Гуменюк, А. Н. Стилистические особенности архитектуры г. Тюкалинска кон. XIX — нач. XX вв. / А. Н. Гуменюк // Декоративное искусство и предметно-пространственная среда. Вестник МГХПУ. — 2009. — № 4. — С. 83−91.
9. Гусаченко, В. Л. Каинск исторический / В. Л. Гусаченко, Л. Л. Матвеева, Л. В. Тимяшевская. — Новосибирск: Наука, 1995. — С. 25, 40−41.
10. 2-этажный кирпичный дом // Памятники истории, архитектуры и монументального искусства Новосибирской области: кат. / Науч. -произв. центр по сохранению ист. -культур. наследия Новосиб. обл. — Новосибирск, 2001. — Кн. 2. Новосибирская область. — С. 95−96.
11. 2-этажный кирпичный дом (дом купцов И. В. Шкрое-ва и Н. В. Шкроева) // Новосибирский краеведческий портал [Электронный ресурс]. — Режим доступа: Ы1р: //кгае?е^ ngonb. ru/node/3650 (дата обращения: 29. 03. 2014).
12. Церковь каменная // Памятники истории, архитектуры и монументального искусства Новосибирской области: кат. / Науч. -произв. центр по сохранению ист. -культур. наследия Новосиб. обл. — Новосибирск, 2001. — Кн. 2. Новосибирская область. — С. 109−110.
13. Церковь каменная (церковь во имя Иоанна Предтечи) // Новосибирский краеведческий портал [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //kraeved. ngonb. ru/node/3630 (дата обращения: 29. 03. 2014).
ГУМЕНЮК Алла Николаевна, кандидат искусствоведения, доцент (Россия), заслуженный работник культуры РФ, профессор кафедры «Дизайн и технологии медиаиндустрии» Омского государственного технического университета- профессор кафедры «Дизайн, рисунок и живопись» Омского государственного института сервиса- член Союза архитекторов России, Союза художников России, Российской ассоциации искусствоведов. ЛЯЛИКОВ Илья Витальевич, аспирант кафедры «Дизайн и технологии медиаиндустрии». Адрес для переписки: illuzion_@mail. ru
Статья поступила в редакцию 25. 03. 2014 г. © А. Н. Гуменюк, И. В. Ляликов
Книжная полка
Мусский, С. А. 100 великих нобелевских лауреатов / С. А. Мусский. — М.: Вече, 2008. — 480 с. — ISBN 5−9533−1380−2.
Новая книга из серии «100 великих» рассказывает о самых выдающихся нобелевских лауреатах за прошедшее столетие, среди которых Бунин и Хемингуэй, Шолохов и Маркес, Рентген и Эйнштейн, Павлов и Флеминг, Резерфорд и Кюри, Нансен и мать Тереза.
Джонсон, Д. Умный дизайн: Простые приемы разработки пользовательских интерфейсов / Джефф Джонсон — пер. с англ. Е. Шикаревой. — СПб. [и др. ]: Питер, 2012. — 224 c. — ISBN 978−5-459−1 616−1.
Джеф Джонсон на протяжении всей своей карьеры занимался дизайном интерфейсов. Автор предоставляет уникальную возможность использовать всю мощь компьютерной графики и теории распознавания образов для разработки совершенных пользовательских интерфейсов. Книга поддерживает инженерный подход к дизайну интерактивных систем, но в то же время делается акцент на то, что интерактивные системы должны разрабатываться, основываясь на достоверных сведениях об особенностях человеческого мышления и восприятия.

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой